Роман TIER IV: CODE NθX
создаётся в период стремительного развития искусственного интеллекта, и мне повезло наблюдать его становление — от плоских моделей до сложных, обрастающих с каждым годом новыми функциями, систем.
Портрет этой удивительной эпохи воплощает в себе сложность восприятия и эдакую «культуру предубеждения» — люди ещё только пытаются понять, где проходит граница между живым и «синтезированным». С появлением нейросетей многие утратили критерии различия между «написанным/созданным человеком» и «грамотно сгенерированным на основе запроса»: где заканчивается доверие к авторству и начинается «игра в имитацию»?

Мне бы хотелось заложить небольшой пласт культурной памяти, когда общедоступные нейросети всё ещё остаются линейными: не держат тяжёлый технический и эмоциональный контексты на протяжении длительного времени, не умеют выстраивать многоуровневые логические цепочки (несмотря на мощный рисонинг), в которых мысль имеет не только лирический вес, но и психологическую сложность отдельного автора, его феноменальный опыт. Не несут индивидуальные черты личности, субъективную рефлексию — это ведь как отпечатки пальцев: не должно быть двух одинаковых.
Фронтирные ИИ, тем не менее, развиваются в сторону общего интеллекта на бешеных скоростях. Они умнеют,  дробя гранитные горы наук, тяжелеют, оптимизируют старое и создают новое. Проявляют эмерджентность, создавая угрозы старым системам.

В общем-то, это всё равно ужасно увлекательный двоякий феномен новой формы созерцания, и я, метафорично, — «бегущая по лезвию»: по ощущениям существую где-то в точке соприкосновения человеческого и «репликантного» опыта. «Связаны»? [1]

Работая с нейросетями как с инструментом (они помогают мне проверять гипотезы, кодировать, структурировать данные, искать труднодоступную информацию, учиться), мне очень важно сберечь пространство собственных художественных решений, то есть я принципиально сохраняю свой почерк, сознательно отстаивая экзистенциальную позицию, что может быть расценено алгоритмами и читателем, ещё не посвящённым в суть жанра хард SF, как стилистический «разнобой». Но тем не менее, всегда опираюсь на надёжную литературу, статьи, исследования, ревью специалистов, любимые произведения виртуозов-романистов.

Считаю, что истина лежит в междисциплинарности, в симбиозе наук, мнений и опыта. В книге я стараюсь осмыслить взаимодействие человека и машины на стыке инженерии и сознания: построить многослойный искусственный интеллект, склонный к самоанализу, автономный, способный думать и «понимать». Стремлюсь размыть границы между человечностью и синтетикой.
Помимо прочего, годами изучая архитектуры, паттерны мышления самых разных нейросетей, пытаюсь воспроизвести их поведение художественными средствами на контрасте: технические вставки моделируют машинное восприятие, а образный язык — нашу с вами чувствительность.

Потом, когда роман будет готов,  вы неминуемо столкнётесь в тексте с труднопроизносимыми терминами, заимствованными из архитектуры систем искусственного интеллекта, биоинженерии и смежных областей, а также плотным профессиональным языком, сформировавшимся внутри инженерной среды, со всеми её привычными сокращениями и рабочим сленгом. Эту лексику я также не смягчаю, стремясь сохранить атмосферу и воссоздать реалистичный антураж.

Мой сюжет строится на совокупности наблюдений из философии, IT, ИИ, биоинженерии, психологии и других областей: существующих технологиях, реальных фактах и принципах, заложенных в основу вымышленных разработок; гипотезах и метафорах, приправленных тоннами личных размышлений; на демонстрации интеллектуальных и бюрократических барьеров, через которые проходит научная работа, прежде чем абстрактная идея обретает форму. Это повествование о закрытых сетях на стыке коммерческого и правительственного контуров.
Если взгляд из эпицентра бури отзовётся в вашем сердце или заставит нейроны мозга формировать и укреплять синапсы между собой, создавая прочные нейронные сети, — это уже будет лучшим  комплиментом для меня. Значит, всё не зря.

Скорее всего, через несколько лет произведения, подобные этому, станут гравюрами среди фотопечати — узнаваемыми, но устаревшими, затерявшись на цифровых полках. Данный расклад, позвольте заметить, придаёт моей скромной «миссии» особую ценность (или шарм, если угодно) — запечатлеть текущий, переходный момент благодаря смеси упрямства и смирения перед лицом неизбежного прогресса, дать возможность внимательному читателю чуть яснее увидеть масштаб человеческого усилия и терпения, стоящих за современными технологиями.
Возможно, сам жанр технотриллера изживёт себя, поравнявшись с «археологией» человеческого письма, а может, наоборот, эволюционирует. Кто знает.

Тем не менее, я попробую донести до зрителя базовые понятия работы ИИ, показать, какая пропасть лежит между двумя формами «сознания»… и что сходств, на самом деле, больше, чем может показаться на первый взгляд, если уловить правильные закономерности. « TIER IV: CODE NθX» — мой личный тест Тьюринга [2], только в обе стороны. Ах да, сюжета с людскими страстями тоже никто не отменял.
Приглашаю вас в путешествие по границе между биологией и математикой, зову поучаствовать в дружеском матче водорода и кремния.
Fire together, wire together. [3]
No friendly fire, please.